Музей-заповедник на Большом Соловецком острове, директором которого восемь лет назад впервые стал монах, архимандрит Порфирий, — пожалуй, один из самых убедительных примеров того, как сосуществуют два, казалось бы, совершенно разных мира: церковный и светский.
Опыт многолетнего соседства и сотрудничества, или, по-монастырски — соработничества, особенно актуален сейчас, на фоне проблем и конфликтов вокруг передачи Исаакиевского собора в пользование церкви.
Большой Соловецкий остров — живой, уверены многие местные жители. Он сам выбирает и зовет к себе человека, чтобы поведать о чем-то таинственном и главном. Здесь вам расскажут множество историй, как после встречи с островом менялись целые судьбы. А если гость к визиту не готов, то и не будет его — остров не позволит. Или рейс отменят из-за технической неисправности, или погода испортится, или военные учения поблизости начнутся.
Славой уникальной духовной школы Соловки обязаны мужскому монастырю, что возник здесь в XV веке и вскоре стал известен силой и чудесами по всей Руси. После Октябрьской революции советская власть изгнала монашескую общину и организовала в монастыре первый лагерь особого назначения. Вместо благовеста в колокольне звучали выстрелы, палки конвойных ломали кости и волю, через Святые ворота выводили заключенных на расстрел. Подобие неба на земле (монастыри на Руси строили как образ Небесного града Иерусалима) превратилась в филиал преисподней.
Монастырская обитель возобновила деятельность в 1990 году. Жители поселка возвращение монахов встретили настороженно — опасались, что Церковь заберет остров под свои нужды. Когда принимали генплан застройки территории, немало местных выступало против по тем же соображениям. Сегодня светский и церковный образы жизни сосуществуют на острове мирно и взаимовыгодно. Соловчане, чей заработок, в основном, зависит от туристов и паломников (сдают жилье и развозят по достопримечательностям), не жалуются: потоки гостей Соловков растут из года в год вместе с популярностью монастыря. Теперь паломники прибывают на остров даже зимой и ранней весной.
В холода на Большой Соловецкий остров можно попасть с большой земли лишь на винтокрылом Ан-24 или вовсе самолетике-"маршрутке" Л-410. Соловецкий аэропорт — низенькое деревянное здание у расчищенного от сугробов поля, окруженного низкорослой флорой лесотундры.
Дома Соловецкого поселка тоже приземистые, много деревянных длинных одноэтажек — это бывшие бараки для лагерных служб, напоминание о самых страшных страницах истории страны. В одном из них сейчас музей, в бараке рядом продают фрукты и промтовары. Топят там, кстати, как и в те лихие времена: печкой на дровах.
Богатырские башни и луковицы соборов монастыря видны из любой его точки. Кажется, что купола прижимаются прямо к небу.
Гостя обители встречают грандиозные Святые ворота — главный вход, символизирующий вход в Небесный Иерусалим. Торжественное эхо под сводами усиливает звук шагов до мурашек. Здесь все звучит и происходит как-то особенно, то ли благодаря уникальному, мало тронутому цивилизацией острову, то ли из-за особой атмосферы монастыря. "Место силы", — шепчет идущий к ступеням главного, Спасо-Преображенского храма молодой человек, осеняя себя крестным знамением.
"Трудно сказать, что именно здесь так сильно и созидающе действует на человека. Это информация на каком-то глубинном уровне, помимо слов. Тишина, уединенность, ощущение остановки времени, древняя святость и святость мученическая. Кто-то хорошо сказал: "радиация святости" — может быть и так", — говорит архимандрит Порфирий.
Монах является не только наместником Спасо-Преображенского Соловецкого ставропигиального мужского монастыря, но и директором федерального музея-заповедника, отмечающего в этом году свой 50-летний юбилей.
Назначение духовного лица на светскую должность вызвало немалые споры. Авторы пессимистических прогнозов уверяли: "Понятно, как поведет себя настоятель, став полноправным владельцем музейной печати. Он начнет использовать новое служебное положение для получения монастырем разного рода преимуществ в споре с музеем".
Предрекали снижение уровня научной деятельности светского учреждения, увеличение расценок на обслуживание посетителей, ограничение потока и доступа к культурным объектам светских туристов.
Сегодня, через восемь лет с назначения архимандрита на должность директора музея, можно подвести некоторые итоги музейной деятельности. Как рассказывают сами сотрудники, количество посетителей музея растет из года в год, число паломников по отношению к светским туристам остается прежним — один к трем, цены на обслуживание посетителей в монастыре и в музее практически не растут, если не считать процентного увеличения стоимости морских и автобусных экскурсий в соответствии с увеличением стоимости топлива. По результатам минувшего года Соловецкий музей-заповедник был признан лучшим предприятием России, согласно критериям национального рейтинга качества товаров и услуг "Звезда качества".
"Поток гостей вырос по сравнению с прошлыми годами вырос в разы, инфраструктура острова уже сейчас перегружена. Министерство культуры ставит задачи по увеличению доходов: в прошлом году — на 5%, в этом уже на 9%. По прошлому году мы задачу выполнили, при этом цен не поднимали, они на уровне пятилетней давности", — рассказывает главный бухгалтер Соловецкого музея-заповедника Светлана Мамедова. Она говорит, что отношения с монастырем у музея ладятся. "Мы водим своих туристов по монастырским объектам, они своих паломников – по нашим. Все на одном острове, а значит нужно жить дружно", — уверена сотрудница музея.
Сам архимандрит Порфирий считает, что назначение церковного человека на пост главы музея — не узурпация власти, а долг дополнительной ответственности. "Моя деятельность легко оценивается по определенным показателям эффективности работы музея. Это и прирост музейных фондов, большая работа по оцифровке материалов по экспонатам, организация конференций и выставок для популяризация нашего наследия. Например, сейчас активно развивается направление проведения совместных культурно-просветительских акций Соловецкого монастыря и Соловецкого музея. По желанию принимающей стороны такая акция включает экспонирование в течение месяца передвижной выставки "Голгофа и Воскресение", посвященной истории Соловецкого монастыря и Соловецкого лагеря особого назначения, конференции или семинары на базе местных музеев, просветительские лекции и экскурсии по выставке для студентов, школьников и всех желающих", — рассказывает он.
По словам отца Порфирия, остров из-за своего удаленного положения может принять всего 40 тысяч человек в год, а передвижная выставка проходит в культурных центрах российских городов и на ней за 6 лет побывало более 300 тысяч человек.
"Зовут и за рубеж, но, понимая значение соловецкого наследия, хочется послужить прежде всего просвещению соотечественников, особенно поколению молодежи. И это направление вряд ли было бы возможным без взаимного дополнения ресурсов музея и монастыря. Деньги сейчас предельно ограничены, бюджетное финансирование жесткое – зарплата, электричество, тепло, покрытие основных нужд. Приходится на всем экономить. А путем объединения ресурсов нам удается делать по три больших передвижных выставки в год. Такое соработничество всем облегчает жизнь", — говорит директор.
Конфликтов с работниками светского учреждения у архимандрита нет. Кто-то из музейщиков зовет его Владимиром Викторовичем зовет, кто-то — отцом Порфирием. Директор никогда не преследовал цели вводить в музее храмовую дисциплину.
"Нельзя смешивать эти сферы жизни и переносить законы и правила из одной области жизни в другую. Я человек, выросший в светской среде, и получивший изначально светское образование. Обязанности директора необходимо исполнять именно как светскую должность. Общее дело складывается на основе согласия, вырастающего из осознания общей, понятной для всех цели", — рассказывает директор музея.
На светской должности директору иногда приходится занимать и отстаивать жесткую позицию. Прежде всего, в отношении нерадивых партнеров. Так, с 2010 года музей судится с одним из строительных подрядчиков, который не выполнил свои обязательства. В судебном порядке привлечена к ответственности одна из ремонтных фирм, из-за которой в прошлом году намертво встал и не мог работать целую половину туристического сезона главный музейный пароход морского класса.
При отстаивании интересов музея его позиция проста. "Справедливая жесткость абсолютно необходима. Толстовское всепрощение — это не дух православия, либерально потакать разгильдяйству — не значит любить, — уверен отец Порфирий. — Отсюда неизбежные выговоры внутри музея. Иначе с приступами "русской болезни" или лени обращаться нельзя".
Еще одной актуальной проблемой, которой музей и монастырь противостоят сообща, он называет деятелей, проводящих на острове "авторские экскурсии". "История вообще — удобнейшая почва для интерпретаций. А далее все зависит от яркости подачи материала и мощности информационного ресурса", — отмечает отец Порфирий.
"Динамичная история Соловков не стала в этом отношении исключением. Но проблема не в этих горе-изобретателях, а в том, что их искаженные личными пристрастиями представления транслируются на доверчивых экскурсантов, которые, может быть, больше и не доберутся до Соловков. Немало тех, кто улавливает ложь и подлог. Такие с возмущением рассказывают о том, что и в каком тоне пришлось им услышать. А другие не готовы воспринять информацию критически и ею напитываются. Такие души откровенно жаль. Вместо того, чтобы соприкоснуться с духом наших предков, которые сотворили дивное для всего мира соловецкое чудо и которого всем нам так не хватает, чтобы вновь обиходить свою землю и нас самих, — вместо этого человек переходит из одной тьмы в другую. На этом-то информационном поле светские работники музея и церковные экскурсоводы монастыря стоят по одну сторону баррикад", — утверждает архимандрит и директор.
Взаимоотношения между населением Соловецкого поселка и монастырем не всегда были гладкими. Это признают и местные жители, и монахи.
Например, возникла обида среди жителей поселка из-за появления монашеского скита на излюбленном месте для шашлыков у лесного озера. Туда, в Савватьевский скит, поселился отец Иаков по образцу "древних отец скитских, еже комуждо особь келия, и пища, и молчание". Недовольство местных он сносил с монашеским смирением и продолжал восстанавливать скит. Со временем миряне прониклись уважением к его терпению и самоотверженности.
Схожее напряжение возникло в поселке, когда два года назад принимался генплан. Церковь сформулировала свои земельные интересы для постепенного долгосрочного развития монастырской жизни скитов на архипелаге. "И что, теперь я не смогу сюда поехать, когда хочу? Да мы всю жизнь здесь рыбу ловили!" — стали негодовать поселяне. "Время и жизнь все расставят по местам. Люди сами увидят, когда возвратится красота и порядок на место разрухи, и порадуются, и будут с достоинством говорить гостям: "Наши Соловки!" Так уже было с Савватьево, с Секирной горой, с Анзером", — со спокойной уверенностью говорит отец Порфирий.
Сегодня в монастыре для юных и взрослых соловчан открыты воскресная школа, школа ремесел, где работают в том числе и музейные сотрудники. Большой популярностью пользуется монастырская столовая для малоимущих. "Сюда вообще все ходят столоваться, не только необеспеченные. Особенно школьники любят здесь питаться – кормят вкусно. Некоторые родители даже наказывают детей, чтобы не так часто туда бегали", — рассказывает повариха столовой.
Она не является прихожанкой храма, но отзывается о деятельности монастыря с уважением. "Бог любит Соловки", — улыбается женщина и тут же рассказывает о том, как чудо спасло местный самолет, который якобы чуть не развалился в воздухе и "долетел на одном моторе".
Жители отмечают еще одну перемену в жизни острова: молодежь стремится выбраться на большую землю, перебраться в города. Переезжают семьями и те, кто хочет обеспечить своих престарелых родственников развитой городской инфраструктурой. На их место прибывают воцерковленные люди, которые покупают здесь квартиры и дома из-за близости к одной из самых известных православных святынь.
Руководитель паломнической службы монастыря монахиня Никона делится наблюдением: границы между светскими гостями монастыря и паломниками постепенно стираются. "У туристов и паломников зачастую разные интересы и цели визита в обитель. Но границы между этими потоками со временем размываются. У нас, например, из паломнической службы несколько человек уже работает в музее. Просто потому что они хотят остаться зимой на Соловках, — светские девушки не могут остаться в мужском монастыре каким-то другим способом. А многие сотрудники музея являются монастырскими прихожанами", — рассказывает она.
Кроме того, в паломнической службе дешевле экскурсии, так как паломники не столь обеспечены, как туристы. "Одна из задач нашей паломнической службы — дать возможность малообеспеченным людям посетить Соловки. В наших гостиницах летом бесплатно живут около трех тысяч человек. Поэтому получается, что иногда светские люди попадают в монастырь так: им говорят, не можете заплатить за экскурсию, идите в паломническую службу", — говорит монахиня Никона.
Все больше верующих людей появляется среди экскурсоводов музея, а неверующие устраиваются работать в паломническую службу.
"Мы говорим такому человеку, идите лучше в музей, там вам будет уютнее. А он отвечает, нет, я хочу уверовать, убедиться, что в монастырской жизни есть правда. И приходится нам смиряться и паломникам тоже — такой человек внешнюю сторону освоил, он квалифицированно рассказывает об истории, архитектуре, но, может быть, чувствует нехватку церковного опыта. В паломнической службе, работая экскурсоводом, он исполняет церковное послушание, общается с монастырским братством и с приезжающими воцерковленными людьми. Здесь он может свою душу привести в порядок и получить духовную поддержку", — рассказывает глава паломнической службы.
Жители острова уверены: постоянная взаимопомощь — это закон человеческого общежития.
"Мы все, кто здесь живет, плывем на одном корабле, — улыбается отец Порфирий, — страсти человеческие иногда идут против всякой логики и рождают конфликты. Взаимопомощь и мирное сосуществование — нормальное течение жизни. Но, когда столько неправильного происходит в окружающем мире, обычная норма становится достижением. Нужно помнить, что на духовном пути не бывает остановок: или возвышение, или падение. Для достижения мира нужны усилия всех сторон. На нашем общем корабле не должно быть ссор — царство, разделившееся надвое, устоять не может".
